Хорошо подмечена главная сила этого фильма: «Видок» работает прежде всего как атмосферный мистический детектив, а уже потом как безупречно выстроенная загадка.

Особенно удачно описан Париж. Здесь город практически становится отдельным персонажем — грязным, мрачным, тесным и каким-то болезненно живым. Исторические декорации не просто создают красивый фон, а помогают сформировать ощущение мира, в котором рациональное объяснение преступления постоянно сталкивается с чем-то необъяснимым.

И образ Алхимика действительно сильнее обычного злодея. Маска здесь работает не только как средство скрыть личность, но и как символ: зрителю постоянно напоминают, что он видит лишь отражение происходящего, но не настоящую сущность преступника. Поэтому когда тайна начинает раскрываться, часть магии действительно теряется.

Вот с предсказуемостью я согласен особенно сильно. Фильм довольно долго создаёт ощущение большой загадки, но затем начинает слишком активно подсказывать зрителю направление поиска. И в детективе это опасно: если зритель разгадал тайну раньше героя, напряжение неизбежно проседает.

При этом мне нравится ваше замечание о неясности мистики. Это одновременно достоинство и недостаток «Видока». С одной стороны, благодаря ей фильм приобретает собственное лицо и не превращается в очередной исторический детектив. С другой — иногда возникает ощущение, что правила происходящего намеренно размыты, лишь бы сохранить нужную атмосферу.

Поэтому «Видок» лучше воспринимать не как головоломку, которую необходимо идеально разгадать, а как готическую фантазию о расследовании, где важнее настроение, визуальный стиль и сама фигура Алхимика, чем математическая точность детективной конструкции.

И, пожалуй, именно поэтому фильм спустя годы запоминается прежде всего Парижем, зеркальной маской и общей болезненной атмосферой, а не непосредственно разгадкой.